?

Log in

 

Один брахман совершил проступок — оплошал в какой-то одной из наук. И царь Джанака решил его наказать. Но поскольку брахмана по законам того времени наказывать было нельзя, кроме как изгнать из своих владений. Джанака сказал Брахману:

— Не появляйся больше в моих владениях.

Услышав это, Брахман ответил Джанаке:

— Хорошо, царь, тогда очерти мне ту область, на которую простирается твоя власть, и я буду жить во владениях другого царя, поскольку я хочу точно исполнить твой приказ.

Джанака на эти слова ничего не ответил. Только тяжко вздохнул, затем сел, погрузился в созерцание, и на него напало глубокое отчаяние. Но потом он всё-таки вздохнул ещё раз и сказал так Брахману:

— Я охватил всю Землю своей мыслью, но не смог найти полностью чего-то моего, моего владения. Хотя есть у меня и царство дедов и прадедов, и наследственные земли. И не найдя ничего, я подумал о Медхилле — городе, который мне принадлежит. Но и там ничего не нашёл. Потом стал искать среди своего потомства — и здесь никого не нашёл. Тогда овладело мной отчаянье. Однако оно прошло, и вернулась рассудительность. Я понял, что моего владения нет вообще, и в то же время моё владение — это всё в мире. И даже это «Я» — не моё. Но вся земля моя на самом деле. А поэтому Брахман живи здесь, сколько пожелаешь и наслаждайся, сколько захочешь.

Брахман тогда ответил:

Читать дальше...Свернуть )

 

Надоело перелётной птице каждый год туда-сюда через море летать. И решила она хоть раз на одном месте остаться. А что — люди и те отпуск имеют!

Надумала и осталась.

Летает одна-одинёшенька и радуется: ни тебе изнурительного перелёта до кровавых мозолей под крыльями, когда кричишь от боли, а людям внизу кажется, что ты здороваешься или прощаешься с родными краями… Ни тебе соперников в полёте за мошками…

Однако прошло время, и стало ей одиноко, а после — холодно и голодно. Не было пары, чтобы свить гнездо и завести потомство. А если бы и была, то чем бы она прокормила птенцов, если и самой хватало, только чтобы не умереть с голоду.

Но дожила птица до того времени, когда снова появилась еда. А там и стая из-за моря вернулась. Да не одна — с потомством! Прилетела из-за моря, усталая, охрипшая от громких криков, кровь из-под крыльев, но — счастливая! Поняла тогда птица, что потеряла целый год и не сделала того, чего ждала от неё природа. И стало ей больнее, чем во время самого долгого и трудного перелёта. Но уже ничего нельзя было изменить. Разве что с нетерпением дожидаться нового перелёта.

Источник: Монах Варнава (Евгений Санин) Маленькие притчи для детей и взрослых. 


Любил Петух бабушки Василисы сочинять всякие небылицы про Индюка. Наговорит всем, что у Индюка горб на спине растёт; и приходится Индюку показывать всем спину, доказывать, что никакого горба у него нет. А Петух ходит по двору, посмеивается. Или пустит слух, что Индюка на чужом огороде прихватили. И опять Индюк оправдывается, кулдычит:

— Не был я на чужом огороде. Не вор я.

А Петух ходит по двору и посмеивается.

И до того он донял Индюка, что решил Индюк наказать его. Но как его накажешь? Побить? Петух каждый день дерётся, притерпелся. Этим его не удивишь. Дня два сидел Индюк за сараем и всё думал, как наказать петуха, и придумал-таки. Подзывает Хохлатку, спрашивает:

— Петух-то ваш, говорят, сегодня яйцо снёс?

— Неужто правда? — вскрикнула курица и побежала со всех ног к подружке.

— Ты слышала, — кричит, — Петух-то наш сегодня, говорят, яйцо снёс.

— Ну? — закудахтала подружка и тоже побежала говорить всем:

— Вы слышали? Петух-то наш…

И вскоре уже весь двор говорил, что Петух сегодня яйцо снёс. Поговаривали даже, что будто он каждый день, несёт по яйцу и даже собирается цыплят выводить.

А Петух об этом и не знал ничего. Он на улице с соседними петухами дрался. Вернулся, а куры окружили его, кудахчут, шеи вытягивают:

— Покажи, Петя, какое ты яичко снёс. Никогда мы не видели, какие яйца петухи несут.

Смеётся Петух:

— Чудачки вы, куры.

Думал вначале — шутят они, а потом видит: и впрямь они думают, что он яйцо снёс, побагровел. Чиркнул шпорой. Кукарекнул на весь двор:

— Признавайтесь, кто сплетню пустил? Переглядываются куры, молчат. Молчит и Индюк.

Он хоть и безобидную шутку придумал, а житья Петуху от неё не стало. Стоило ему, бывало, только присесть и задуматься о чём-нибудь, как уже..[Нажмите, чтобы прочитать]
..подкрадывается к нему какая-нибудь курочка и шепчет на ухо:

— Несёшься, Петя, да?

Вскочит петух — и к Индюку:

— Слышал, брат, какую сплетню про меня .пустили, а?

Кулдычит Индюк, сочувствует:

— Понимаю, как же. Про меня тоже сочиняли. Обидно тебе, верю.

— Ещё бы не обидно, — багровеет петух и кричит на весь двор: — Да что я курица что ли, чтобы яйца нести?

Но не только у себя во дворе, во всей деревне Петуху покоя не стало: по всем дворам пошла гулять новость — Петух бабушки Василисы яйца несёт. Кто ни встретит петуха, обязательно спросит:

— Правда, что ль, говорят, что ты яйца несёшь?

А петухи, так те даже драться перестали с ним.

— Мы, — говорят, — должны беречь тебя, Петя. Ты ведь у нас теперь не просто петух, а петух-несушка.

До того невмоготу петуху стало, что решил он деревню сменить. Ночью, когда спали куры, слез он потихоньку с насеста и ушёл в соседний колхоз на птицеферму. Проснулись утром куры — нет петуха.

— Вот теперь, — говорят, — все понятно: на гнездо пошёл садиться. Гляди, теперь недельки через три цыплят на двор приведёт, петушков маленьких.


Источник: Братья Бондаренко. Горицвет. Сказки.

Один из тайных ключей Дао гласит: «То, что в вас прекрасно, нужно скрыть и никогда не демонстрировать. Когда истина спрятана в сердце, она прорастает, как зерно, брошенное в землю. Не извлекайте его наружу. Если вы извлечёте зерно на всеобщее обозрение, оно умрёт без пользы».

Случилось так, что Чжуан-цзы стал весьма знаменит, и император пригласил его возглавить кабинет министров. Лао-цзы рассердился:

— Что-то ты не так делаешь, иначе с чего бы император заинтересовался твоей особой? Ты, видимо, оказался чем-то полезен. Наверное, ты что-то не понял в моём учении. Теперь тебе не найти покоя.

Как-то Чжуан-цзы ловил рыбу в реке. Чуский правитель направил к нему двух сановников с посланием, в котором говорилось: «Хочу возложить на Вас бремя государственных дел».

Чжуан-цзы, продолжая ловить рыбу, сказал:

— Я слышал, что в Чу имеется священная ..

[Нажмите, чтобы прочитать]

..черепаха, которая умерла три тысячи лет тому назад. Правители Чу хранят её, завернув в покровы и спрятав в ларец в храме предков.

— Да, это так, — ответили сановники.

— Что бы предпочла эта черепаха, быть мёртвой, но чтобы почитались оставшиеся после неё кости, или быть живой и волочить свой хвост по грязи?

Оба сановника ответили:

— Предпочла бы быть живой и волочить свой хвост по грязи.

Тогда Чжуан-цзы сказал:

— Уходите! Я тоже предпочитаю волочить свой хвост по грязи.

Источник: Чжуан-цзы. Даосские каноны.

Некий странник, блаженный и верный причудам,
Признан был за Меджнуна господнего людом.

Ибо думы о Боге смиренно любил он,
Думать думы те нощно и денно любил он.

Что ни слово — то к Богу вопрос или зов.
Сам давал и ответ — из божественных слов.

Как-то раз по весне, в тихий вечер пригожий
Ехал он, направляясь к обители божьей.

В изнурении плоти, измученный телом,
Ехал он на осле, от невзгод ослабелом.

Тьма настала, и небо грозило дождём.
«Что ж, — подумал он, — ехать нельзя, подождём!»

Он увидел остатки жилища в пустыне
И сказал: ..
[Нажмите, чтобы прочитать до конца]
..«Позаботься, господь, о скотине!»

И, оставив осла, он под сенью развалин
Прикорнул, набежавшей дремотою свален.

Он прилёг, взяв под голову глиняный ком,
А осла он оставил пастись под дождём.

И едва он заснул, как весенняя туча
Зашумела дождём, и быстра, и летуча.

И развалины ливнем захлёстывать стало,
И дремоту с безумного мигом согнало.

И, вскочив, он пристроился дождь переждать,
А едва дождь утих — он в дорогу опять.

Вышел он посмотреть, где пасётся скотина,
Глядь — а на поле нет об осле и помина.

И запала в Меджнуна лихая тревога,
И корить он во гневе стал Господа Бога:

«Лишь недавно тебе поручил я осла,
Хороша ж твоя воля к раденью была!

Если люди бы в гости к тебе не стремились,
На скотине пробиться пустынями силясь,

Ты, наверно бы, не был таким нерадивым
И беспечным в своём небреженье ленивом!

Мне осла постеречь за позор ты сочёл,
Тёмной ночью напрасным дозор ты сочёл!»

Так ворчал тот Меджнун и метался в досаде,
Распаляясь осла запропавшего ради.

Вдруг ударила молния пламенным блеском
И весь мир просветила в сверкании резком.

Глядь — поодаль спокойно пасётся осел.
Мордой тыча в колючки, он по полю брёл.

И чудак был так рад, что забыл всю тревогу,
Он осла оседлал и пустился в дорогу.

И оставил он грубости, глядя с опаской,
И припал ко всевышнему с доброю лаской:

«О творец, ты — душа моя в плоти моей!
Хочешь — сто моих душ, словно жертву, убей.

Так уж вышло, ты бросил осла без пригляда.
Упустил, не связав ему шею, как надо.

И меня растравило в смятенье жестоком,
И с досады дал волю я гневным упрёкам.

Раз тебе я вручил для присмотра осла,
Возвратить его — чья же забота была?

В нераденье своём мне осла не сберёг ты,
Но, увидев мой гнев, сразу мне и помог ты.
Источник: Навои Алишер. Язык птиц

Предложил жадный и хитрый человек своему бедному глупому соседу мешок снега зимой — в долг до лета, но с условием: не вернёт мешок снега, значит, должен будет отдать мешок золота. Удивился глупый сосед: снега полон двор, сам не знает, куда девать. Но зря же ведь предлагать не станут… И взял мешок! А как лето пришло, то и сосед тут как тут:

— Отдавай долг!

Схватился за голову глупый человек: как быть? Ведь снег-то давно уж растаял! К счастью, другой сосед у него добрым и мудрым был.

— Ладно, — говорит он, — помогу уж тебе. Глядишь, в другой раз будешь умнее. Ты, — говорит, — брось пустой мешок в лужу побольше и скажи жадному соседу, чтобы быстрей шёл получать долг. А уж дальше — моя забота!

Глупый человек так и сделал.

Подивился жадный сосед: где это сумел глупец столько золота раздобыть — снег-то в разгар лета разве найдёшь? И пошёл за долгом. А навстречу ему — мудрый сосед. Разговорились. Как дела, куда кто путь держит…

— Да вот, — говорит мудрый сосед, — иду покупателя на свой луг искать.

— И много ль за него хочешь?

— Да столько, что пока никто не даёт. Мешок золота!

А на этот луг жадный человек давно уже заглядывался. И как раз мешок золота у него теперь был…

— Я покупаю! — сказал он. — Пошли за золотом!

— Нет, так дело не пойдёт! Ты сначала луг посмотри, — предупредил мудрый сосед, — чтобы потом ко мне никаких обид не было!

— Ничего, — думает жадный. — Всё равно никуда от меня мой мешок золота не уйдёт!

И пошёл за мудрым соседом. А тот водил его, водил по самой жаре, весь луг вдоль и поперёк показал. Наконец, говорит:

— Ну, а теперь пошли за твоим золотом.

Пришли во двор бедного человека.

— А ну, — говорит ему жадный сосед. — Подавай мне сюда моё золото!

А глупый человек уж, как ни глуп был, сообразил, что надо ..

[Нажмите, чтобы прочитать]

..делать.

— Какое золото? — спрашивает. — Я тебе снег во дворе положил. Да ты что-то долго не шёл, вот он и растаял.

Посмотрел жадный человек на своего бедного и больше не глупого соседа, потом — на мудрого… Но ничего не поделаешь. Так с мокрым пустым мешком и ушёл восвояси!

Источник: Монах Варнава (Евгений Санин) Маленькие притчи для детей и взрослых.

Никогда не приходилось Ёжику в заморских странах бывать, но от перелётных птиц много он о них слышал и любил говорить при случае: «У нас что, вот в стране заморской…» И начинал рассказывать. И выходило по его рассказу, что в заморских странах и леса выше, чем у нас, и птицы в них поют звонче, и вода в родниках слаще.

— Одно слово — заморские страны. В них всё за-морское не наше. Всё, хоть немножко, да получше, чем у нас, — говорил Ёжик и мечтал: — Эх, побывать бы хоть в одной какой-нибудь стране заморской. Ну почему я не птица? Взмахнул бы крыльями и полетел.

— В заморские страны не только на крыльях, и пешком попасть можно, — сказал Хомяк. — Я уж сколько раз там бывал.

— Ну и как там? — заблестел Ёжик маленькими глазками.

— Всё так, как ты говоришь.

— Послушай, своди меня в страну заморскую, я, знаешь, как тогда рассказывать буду!

— Сводить можно, — сказал Хомяк, — да только идти туда с завязанными глазами надо.

— Зачем это?

— Потому что пеший путь в заморскую страну только я знаю. А это моя тайна.

— Ну коли так, — сказал Ёжик, — завязывай мне глаза. — И выдвинул вперёд остренькую мордочку.

Целую неделю водил его Хомяк с завязанными глазами по родному лесу, а потом привёл его на ту же поляну, с которой ушли они, и снял с глаз повязку.

— Вот, — говорит, — перед тобой и страна заморская...

[Нажмите, чтобы прочитать]

..Смотрит Ёжик — вот это да, куда попал он! Деревья вокруг вершинами кверху стоят и все луной облитые. Вот это роща! В такой жить никогда не надоест. Воздух Ёжик понюхал. Сказал:

— Чистый какой. У нас вроде и такой, а совсем не такой: нет в нашем воздухе запахов заморских. А звёзды яркие какие! Не то что у нас. И частые, всё небо утыкано. Что значит страна заморская: звёзды в ней и то другие.

Всю ночь ходил Ёжик по родной роще и всё удивлялся ей, ахал: «Красотища какая!» А когда стало солнце всходить, совсем голову потерял. Кричит Хомяку:

— Смотри, смотри, какое солнце в заморской стране круглое. И какое большое! Наше рядом с ним, что горошина рядом с арбузом. А сосны как вытянулись! У нас хоть бы одна такая стройная была, посмотреть не на что.

Родничок увидел, водички из него похлебал и опять заахал:

— А, родничок-то совсем как наш, очень похож, а вода — куда нашей до неё. Сама сласть! Весь день можно пить и всё пить будет хотеться. Что значит страна заморская. На всю жизнь теперь рассказывать хватит. А ты что же не удивляешься?

— Чему ж удивляться? — сказал Хомяк. — Я это каждый день вижу.

— Ну?! Счастливый ты какой. А можно мне здесь… навсегда остаться? Больно хорошо здесь, самое место для жизни.

— Оставайся, — разрешил Хомяк, — полезай вон под тот куст боярышника и живи.

Глянул Ёжик, куда Хомяк показывал, и лапками всплеснул:

— Смотри ты, совсем как мой куст, под которым я в нашей роще живу, и совсем не такой. На этом и листьев больше и пораскидистее он моего, больше тени даёт. Эх! Даже боярышники в заморской стране не такие, как у нас… А-а-а, а ты откуда тут взялась? — Это Ёжик, заикаясь от неожиданности, у жены спросил, которая вдруг выкатилась серым комышком из-под куста.

А она, как увидела его, так и подкатилась к нему счастливая:

— Вернулся! А у меня уж всё сердце по тебе изболело. Думала, пропал ты, ведь целую неделю дома не был. Ты, поди, есть хочешь?

И только тут понял Ёжик, что посмеялся Хомяк над ним. Ничего не сказал ему. И жене не сказал ничего. Только ссутулился вдруг и ушёл к себе в домик. И после этого никогда больше не слышал от него никто ничего о заморских странах.

Источник: Братья Бондаренко. Горицвет. Сказки.

Один молодой саньяси, путешествуя, пришёл в дом к одному зажиточному брахману. Саньяси обычно ночуют в домах брахманов, т.к. у них можно получить чистую пищу. Но некоторые саньяси дают обет, не заходить в дома вообще. И поэтому брахманы содержат во дворе для них специальное ложе.

Так этот брахман провёл гостя и уложил на это ложе во дворе. Жена брахмана омыла его стопы и молодой саньяси спокойно заснул. Но ночью он проснулся оттого, что почувствовал, как его кто-то будит. Он открыл глаза и увидел у своего изголовья жену брахмана. Она стояла перед ним с распущенными волосами, соблазнительно одетая.

— Бог любви не даёт мне покоя, — сказала она. — Когда я омывала твои стопы, стрела любви вонзилась в моё сердце. Я пыталась заснуть, я пыталась что-то сделать, но у меня ничего не получилось. Ты же знаешь, что для того, чтобы освободиться, нужно избавиться от всех материальных желаний, так что прошу тебя, избавь меня от этого желания.

Молодой и на свою беду очень красивый саньяси подумал: «Боже мой, что же мне делать?» Он попытался проповедовать ей:

— Что же ты делаешь? Ты нарушаешь все законы! Ты изменяешь своему мужу, а я никак не могу нарушить данные мною обеты. Пожалуйста откажись от своих желаний.

[Нажмите, чтобы прочитать]

Но Кама (Вожделение) в её сердце уже полностью овладело ею, и она ничего не хотела больше слушать, она была полностью опьянённой любовью. Когда она поняла, что её желанию не суждено сбыться, она в гневе отвернулась от него и убежала в дом.

Через какое-то время несчастный саньяси услышал страшные крики. Сначала он услышал мужской крик, а потом — женский. Он вбежал в дом и увидел, что женщина со злости убила своего мужа. Она стала кричать и звать всех людей из деревни. Когда все сбежались она сказала:

— Посмотрите на этого притворщика, на этого саньяси. Он воспользовался нашим гостеприимством, он пришёл к нам в дом, а когда настала ночь он решил соблазнить меня. И чтобы мой муж не мешал ему в этом, он убил моего мужа! Теперь судите его и делайте с ним всё, что хотите!

Несчастного саньяси схватили и привели к махарадже, к правителю этой местности. Но по правилам саньяси нельзя казнить, поэтому махараджа, посоветовавшись со своими помощниками, решил отрубить ему левую руку, чтобы все могли видеть, что он совершил что-то неправедное.

Так этому юноше отрубили руку, и он отправился дальше своим путём. Но теперь одна мысль не давала ему покоя. Ещё какое-то время назад он шёл спокойно, думал о Боге, и ничего не предвещало беды. Однако, вдруг случилась эта невероятная история. На его глазах какая-то женщина домогалась его, потом произошло убийство, потом его обвинили в убийстве и отрубили руку. Он ничего не мог понять и стал молить Бога:

— Боже, должно быть это всё — последствия моих прошлых грехов, но я никак не могу понять, из-за чего это произошло. Я прошу тебя, пожалуйста, объясни мне из-за чего это произошло.

Так он шёл целый день и молился, а когда пришли сумерки он заснул и увидел сон. В этом сне он увидел себя, но в другом теле. Он увидел, как совершает омовение в реке. И уже после омовения, в тот момент, когда пришло время прочесть мантру Гаятри, из леса, росшего неподалёку от реки, выбежала корова в страшном ужасе. Она перебежала через реку и помчалась в лес на другом берегу. Через какое-то время из этого же леса выбежал мужчина с мечом в руке, мясник, и, увидев брахмана, спросил:

— Эй, брахман, не видел ли ты корову, которая убежала от меня.

И тут брахман был поставлен в неловкое положение, поскольку он не знал, что ему сделать. Сказать правду или обмануть? Сказать ли правду о том, куда побежала корова или нарушить свой обет правдивости. И тогда он подумал: «Все равно это карма живых существ, это карма между мясником и коровой. Если корове суждено умереть от его рук, она все равно умрёт. Я не должен нарушать свой обет». Поэтому он показал своей рукой куда убежала корова.

В этот момент он проснулся. И когда он проснулся, то понял, что корова в этой жизни родилась женщиной, которую он встретил, а мясник стал её мужем, поэтому она убила его. А тот брахман, который показал своей левой рукой куда убежала корова, — лишился её.

Источник: http://pritchi.ru/id_10436
Какую же классную штуку придумали в нашей ЖЖешечке, АДМ - просто супер!
Очень долго ждали, но оказалось, что посылка шла аж из Канады и на почте нашей попала куда-то не туда..,
но в итоге они её всё-таки обнаружили и сообщили нам, мол приходите - забирайте!
Конечно, её происхождение, другая страна - Канада - присвоили ей особую ценность - поэтому было очень приятно, всё аккуратно сложено было в прикольные варежки и все пузырёчки были подписаны.

БОЛЬШОЕ СПАСИБО ОТПРАВИТЕЛЮ!
С РАДОСТЬЮ БЫ ПОДРУЖИЛИСЬ В ВИРТУАЛЬНОМ МИРЕ,
А В РЕАЛЬНОМ - ТЕМ БОЛЕЕ!! ))

Жили по соседству в Гореловской роще два медведя: медведь Спиридон и медведь Лаврентий. По праздникам в гости друг к дружке ходили, медком угощались. А неподалёку от них барсук Филька жил. И сам — ни к кому, и к нему — никто. Завидно было ему, что медведи живут дружно. И решил он поссорить их. Приходит к медведю Лаврентию и говорит:

— Жалко мне тебя, Лаврентий. Доверчивый ты больно. Считаешь другом медведя Спиридона, а он ходит по лесу и посмеивается над тобой. «Лопух, — говорит, — медведь Лаврентий. Не успеешь порог его берлоги переступить, а уж он мёд на стол тащит — угощайся. Я к нему только за тем и хожу, чтобы есть».

— Врёшь! — рявкнул медведь Лаврентий. — Врёшь, Филька. — И сгрёб барсука за шиворот.

Перепугался Филька, побледнел: надавит чуть покрепче медведь, и дух из него вон. Не рад уж Филька, что и врать начал, да пятиться назад некуда: слишком далеко зашёл. Хитростью решил взять медведя.

— Если я вру, — говорит, — пусть провалюсь я на этом месте.

Страшной клятвой поклялся барсук.

Смотрит медведь Лаврентий: сейчас расступится земля и примет Фильку. Но тот как стоял, так и остался стоять, а земля даже и не шелохнулась под ним. И тогда поверил медведь всему, что сказал барсук. За стол усадил его, мёдом угощает, жалуется:

— Как она, жизнь-то, повернуться может, а! В глаза, значит, — друг, а за глаза — лопух. Эх, Спиридон, Спиридон…

А Филька ест мёд и поддакивает:

— С друзьями уж так: сегодня их полна берлога, а завтра и здравствуй сказать некому. Объели, обпили и поминай как звали. В душу ни к кому не заглянешь, а без этого как узнать, друг он тебе или только мёд есть приходил. Нет уж, лучше самому по себе жить. И радость, и горе — всё твоё, всё от тебя.

Говорил Филька, а сам мёд за обе щеки уписывал. Наелся досыта, а остатки завернул и унёс домой — пригодится. Отдохнул после сладкого обеда и к медведю Спиридону подался. Пришёл и ну нашёптывать в мягкое медвежье ухо:

— У медведя Лаврентия в гостях был сейчас. Что он говорит о тебе, сказать даже страшно. Говорит, что ты жулик, что ты делаешь только вид, что живёшь честно, а сам мёд потихоньку из его ульев воруешь.

Поднялся медведь Спиридон.

— Врёшь, — кричит, — врёшь, Филька! Не мог Лаврентий обо мне сказать такое. Мы же с ним с детства друг друга знаем. Сколько раз раков на речке вместе ловили. Он же мой друг.

А Филька ..

[Нажмите, чтобы прочитать]

..щурит глазки, подбородком кивает:

— Друзья, они разные бывают: и верные и неверные. Ты с другом-то по вечерам на завалинке посиживаешь, на вечернюю зорю смотришь, а он камень против тебя за пазухой держит. И не увидишь, как бабахнет. А если говорю я неправду, то пусть сгорю я на этом месте и даже дыма от меня пусть не будет.

Страшной клятвой поклялся барсук.

Медведь Спиридон попятился даже от страха: сейчас запылает Филька. А Филька как стоял, так и стоять остался, даже ещё поднял прутик с земли, колечко-из него свивать начал. И тогда поверил медведь всему, что говорил барсук. Заахал:

— Ах, Лаврентий, Лаврентий! Я в тебе души не чаял, а ты вон обо мне говоришь что: жулик я. Да я за всю мою жизнь мухи не обидел, не то чтобы на чужое позариться. Да и зачем мне чужое, когда у меня своего девать некуда?

А тут ужинать пора подоспела. Притащил медведь огромную миску мёду. Поставил на стол перед барсуком и дал ему большую ложку.

— Ешь, — говорит, — Филька. Если бы не ты, я бы и теперь не знал, что не друг мне Лаврентий. В глаза мне одно говорит, а на стороне — другое.

Чмокал Филька медовыми губами, соглашался:

— Что верно, то верно. Друг, что месяц: то он большой, то маленький, то за облака спрятался, то опять светит. Без друзей куда легче живётся. Друг — это ведь одно беспокойство. То сам к тебе в гости плетётся, то тебя в гости зовёт. Нет уж, лучше без друзей жить, чтобы тебе никто не мешал, и чтобы ты никому помехой не был.

Говорит так барсук Филька, а сам знай черпает мёд из миски. За всю жизнь столько не видел, сколько съесть ухитрился — чуть из-за стола поднялся. Домой не пошёл. У медведя Спиридона ночевать остался.

«Утром позавтракаю у него, всё дома не есть», — думал он, умащиваясь в медвежьей постели. А она у него из камыша связана, на такой мягко и крепко спится.

Спит Филька, похрапывает, а медведя Спиридона и сон не берет. Ворочается он с боку на бок, сопит — нелегко друзей-то терять: «Ах, Лаврентий, Лаврентий…» А потом поднялся и пошёл к соседу. Решил он ему обиду свою в глаза высказать. Оторвать от сна и высказать.

Но будить медведя Лаврентия не надо было. Не спал он. Сидел на завалинке и думал: «Ах, Спиридон, Спиридон…» А он, вот он, медведь Спиридон, идёт к нему. Подошёл и говорит:

— Что же это ты, Лаврентий, небылицы обо мне плетёшь какие, будто жулик я, мёд из твоих ульев ворую.

Отвернулся медведь Лаврентий в сторону. Говорит, а голос глухой, печальный, будто и не медвежий вовсе:

— Не говорил я о тебе такого. Это ты вон ходишь по роще и говоришь всем, что лопух я, мёдом тебя кормлю.

— Что ты, — взмахнул медведь Спиридон лапами, — чтобы я о тебе говорил такое…

И только тут догадались медведи, что обманул их Филька, поссорить задумал. Пришли они в берлогу к медведю Спиридону, подняли потихоньку матрац с Филькой, отнесли к речке и опустили на воду.

— Плыви, — говорят, — из нашей рощи.

И пошли к медведю Лаврентию спать. Проснулся утром Филька. Лежит, нежится, глаз не открывает, думает: «Позавтракаю сейчас у Спиридона, а обедать к Лаврентию пойду. Так и буду кормиться возле них, медок посасывать».

И слышит он тут — булькает у него под матрацем что-то. Цап лапкой, а это — вода. Вскочил барсук, смотрит: плывёт он на медвежьем матраце по речке, несёт его речка неизвестно куда.

Перепугался барсук, побурел от страха: до одного берега далеко, а до другого ещё дальше.

— Караул! — кричит. — Тону! Помогите!

Подхватило его крик эхо, понесло по роще. Услышал его медведь Спиридон, сказал своему соседу медведю Лаврентию:

— Слышь, Лаврентий, кричит. Проснулся, значит.

— Пусть покричит, может, урок этот ему на пользу пойдёт, — ответил медведь Лаврентий, перевалился на другой бок и захрапел снова: ночью-то недоспал.

Источник: Братья Бондаренко. Горицвет. Сказки.


Latest Month

Июль 2017
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Метки

Syndicate

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com